Авл Юний
Про-активный игрок
Про-активный игрок
- Сообщения
- 567
- Кристаллы
- 20,210
- Золото
- 163
1. Имя персонажа
Авл Юний Тертиус. Для друзей Юний. В воровских кругах родного города был известен под кличкой "Яэммэ" - "уж".
2. Раса персонажа
Человек
3. Класс персонажа
Плут
4. Возраст персонажа
Неполных двадцать лет, двадцатилетие наступит в конце ноября 1го года на Энтеруме.
5. Родина персонажа
Кринуора, Патрициат Семи Городов Онтера, город Фоксбридж.
Кринуора, строго говоря, чем то похожа на Землю, например - размеры, соотношение воды и земли, количество материков и даже культура. Хотя конечно, в культуре есть отличия. Так Принципат сочетает в себе культуру, которую земляне нашли бы странным смешением англо-греко-римской(имена похожи на римские, правление в городах принципата напоминает полисное, а названия городов являют собой смешение англо-латиницы с фэнтези). Язык Принципата схож с искажённой латынью раннего Средневековья нашей планеты.
Век развития мира соответствует концу 17 - началу 18 веков, с тем отличием, что магия, пусть и существует, но доступна единицам, самые сильные артефакты в истории - создавались, к примеру, четыре эпохи назад(эпохой на Кринуоре называют тысячелетие).
Население планеты не превышает двух сотен миллионов, поэтому на планете ещё остались дикие места в достаточном количестве.
Люди - доминантная раса, из наиболее многочисленных других - хоббиты, орки, эльфы и их метисы. Встречаются и многие другие, но они редки, а некоторые и вовсе вымирают, как кентавры и дракониды.
Патрициат Семи Городов Онтера - северная часть некогда единой Уд-Дарийской Империи, распавшейся в результате восстаний и гражданских войн - за двадцать девять лет до рождения Юния.
6. Внешность персонажа
Короткостриженный брюнет с яркими зелеными глазами. Рост его для 19 лет высок по меркам его мира, где средний рост взрослого мужчины после 25 лет - около 170 - рост Авла- 178 сантиметров, вес - 80 кг, при этом Юний выглядит гибким и стройным, парень действительно ловок. При этом обладает широкими плечами - что является следствием фехтовальных тренировок со шпагой - и торсом. Черты лица обычные, не выделяются ничем, но и уродливыми их не назовешь. Голос - бас-баритон. Голос, переходный, между баритоном и басом, самый низкий из имеющих баритональный тембр. Поет, правда, посредственно, но его слух хорош.
Двигается плавно, словно перетекая, отчего и получил прозвище. Предпочитает носить одежду, не сковывающую движений - рубашки с открытым воротом и бриджи, но по воле ремесла переодевался и нищим и аристократом, так что умеет носить все, или, по крайней мере - быстро научится при необходимости. Часто носит длинные перчатки - из за того же фехтования и привычки прятать в них отмычку, записки и тому подобные вещицы. Имеет шрам от ножа на сгибе у локтя, с внутренней стороны правой руки.
7. Биография персонажа
Молодой мужчина, сидящий у стола в середине комнаты, залитой ярким утренним светом, пусть и недавно восшедшего, но уже по - летнему жаркого солнца (прошедший ночью ливень был кратковременным, первым в этом месяце, и не принес еще с собой дыхания осени), обернулся, любовным взглядом найдя “верную подругу и продолжение руки”, вдетую в простые кожаные, крашенные черно - красным ножны.
Из уст брюнета вырвался едва заметный вздох, но через секунду - его удивительные глаза темно - зеленого цвета, необычайной яркости, сверкнули каким - то удовлетворением и юношеским задором, лукавым, и словно бы беззаботным.
Вздох сменила улыбка, прежде чем Авл Юний, перехватив перо, вновь заскрипел им, покрывая чернилами начатый лист.
"Конечно, только старикам свойственно брюзжать, ворча о том, что раньше все было лучше, трава зеленее, солнце теплее, а бабы – сговорчивее. А вздыхать по ушедшему - довольно глупо для меня, хотя я и оказался в другом мире, судя по всему - когда собственно и начались по - настоящему мои приключения, а именно, с убийства Гунтрама Готтона, 6 июля 960го года Седьмой Эпохи Светлых Лет.
Может быть, сейчас я прошёл бы мимо того темного переулка… Сейчас… Но - поздно...
Итак... Меня зовут Юний. Авл Юний Тертиус. Я сын сапожника из Фоксбриджа. Бывший городской вор… хм, хотя, пожалуй, вор не может быть бывшим, да и ничто не мешает мне продолжить своё ремесло здесь - в месте, о котором я толком ничего не знаю. Там, другое дело - я молод, любопытен, и будучи любимчиком Одноглазого Рентуса, был уверен, что встреча с собратьями по ремеслу - ничем особенным мне не грозит. Основания на то у меня были самые веские - любая собака знала, что Рентус, а не Сенат Старейших (и уж не Великий Патриций) - истинный правитель города, который пестовал меня с восьми лет, а в последние четыре из них - начал доверять крупные дела, которые я с блеском и проворачивал. Так что в фаворе ходил не зря - я был лучшим из молодёжи (а как сам считал - лучшим из всех) вором и взломщиком его банды. А сама банда – сильнейшая не только в Фоксбридже, но и во всей Онтерской Долине…
Юний остановился, подумал несколько минут.
Марк, дружище! Как же не хватает тебя сейчас! Мы с детства были вместе, вместе лазали по улицам и чердакам, подворовывали. Хотя мне, по сути, это было даже не нужно - наша семья хоть и жила бедно, но я не голодал, в отличии от тебя, сироты, который был рожден неясно и кем, и тут же брошен у "приимного дома", который был скорее тюрьмой - и не ютился в случайных руинах старых домов, сбегая оттуда. Зато ты показал мне город и жизнь, полную приключений.
Отец, конечно, колотил меня за отлучки, он надеялся передать мне собственное ремесло и лет через двадцать-тридцать уйти на заслуженный отдых, а меня это не вдохновляло, как любого своевольника, у которого, к тому же, в заступниках мать, горячо любящая своего единственного сына.
Однажды дернули нас Дивы залезть в богатый сад, который, казалось, даже не охранялся и привлек нас плодами великолепных сетанийских персиков... и золотой статуэткой на садовом столике.
Не знаю, может быть, ты её упереть и хотел, ведь такая позволила бы жить безбедно минимум год... А может, уже тогда работал в банде - и всё подстроил по приказу "Папы" - ведь так и не признался потом, сучок!
Мне говорили, что мы с тобой напоминали Одноглазому сыновей, умерших от мора сразу после войны, поэтому он и взял тебя в банду, а потом и меня. Но сам ты молчал, как партизан. А Папа - тем более.
Да теперь уже и неважно... Может быть, мы больше никогда не увидимся!
Конечно, нас "взяли". Что могли тогда два сопляка против трёх дюжих мужиков с оружием - смешно. Кутята перед волкодавами!
Бить, удивительно, не стали, просто сказали - чей это особняк. Кто такой Рентус - я уже знал. Как и весь город. Вор. Главный вор города. Власть и сила. Настоящая.
Помню, тогда чуть не наделал в штаны. Но нам предложили работу... и учебу. Работу понятно, мелкую, бегунковую, а вот учёбу - настоящую. Чтению, письму, что я ненавидел! - и оружию - что было мечтой!
С тех пор каждый день нас разыскивал хмурый подручный Рентуса, Ситарий, "Сита", и вел то в оружейку, то в дом, переоборудованный под классы, где мы учились со стайкой таких же детей от семи до десяти лет. Отцу что-то он сказал, тот побледнел и никогда больше не удерживал меня дома.
Теперь я понимаю, что Сита был воин - он нас учил драться, много где бывавший ветеран - он же учил всех читать и писать, и он же был казначеем банды, куратором детишек, которым вменялось поглядывать, подслушивать, записывать и приносить в клювике "вести". Так шли годы. Ты до сих пор читаешь быстрее меня, а вот на шпагах я тебя в крайний раз - побил!"
Вор нахмурился, по лицу скользнула тень горечи - воспоминания о друге были Юнию тяжелы, поэтому он перешел к дню, когда оказался в новом мире.
В тот день я возвращался из “Двенадцати смелых” довольно поздно, был слегка в подпитии и вполне доволен жизнью. В кармане звенело золото, в голове бродило не самое дурное вино, да и молоденькая служанка - подавальщица из таверны - сегодня даже не особенно отбивалась от моих попыток шлёпнуть её по мягкому месту, что начинало вселять определенные надежды.
Возможно, на нее так подействовал вид золотого, с небрежностью богача брошенный мною на столешницу (и сейчас я понимаю, что скорее всего, так и было), а не моё обаяние - но разве на такие нюансы обращаешь внимание, когда тебе девятнадцать, ты, кажется, впервые влюблен, желание обладать объектом этой любви туманит мозг куда как крепче алкоголя - и ты, абсолютно как любой самец - стараешься произвести впечатление?
Тем более, в тот вечер я и был богачом. С последнего дела, на котором я украл кое - какие бумаги из загородной виллы Лития Эрстулла - мне перепал солидный куш - целых шесть золотых с профилем Галериуса III, последнего императора единой Уд-Даррийской державы…
– За что так много? - спросил я, когда Одноглазый вручил мне холщовый мешочек, тут же раскрытый, дабы проверить сумму гонорара. - Ведь эта папка, хоть и лежала в его кабинете, но даже не особо охранялась!
Грузный мужчина, сидящий за конторкой, которая отчасти скрывалась за его животом, позволил себе снисходительно улыбнуться.
– Заметь, малыш, я тебе говорил, что мы выбрали самый идеальный момент для кражи. Люди тобой довольны, и я - тоже. Поэтому считай это платой с… бонусами, если угодно. Остальное - уже неважно - ты сработал идеально, бумаги попадут к заказчикам. Могу сказать тебе одно - риск был больше, чем ты думаешь, но, по счастью, не только для нас.
А сейчас - иди. Я пришлю за тобой Ситу, если понадобишься.
Фактически это был приказ не совать нос не в своё дело, а с приказами Рентуса в банде спорить было не принято, да и попросту опасно. Несмотря на кажущуюся личину доброго толстячка (наш пахан даже голос на подчиненных повышал только в самых исключительных случаях) - Одноглазый держал банду, да и полгорода - в железном кулаке.
Но - приказ - приказом, а вот думать и делать собственные выводы он запретить, само собой, не мог. А я, надо сказать, был парнишка не глупый. И это не бахвальство. Не живут долго ни глупые воры в частности, ни глупые нарушители закона вообще. Не мы такие - жизнь такая.
“Люди - это кто - то из Сената, тут и к бабке не ходи”, - думал я, выходя из дома, что служил одним из пристанищ наших ребят.
Восемь лет вращаясь в кругу криминального мира - я уже начинал понимать, что банды существуют только в связке с властями - и наоборот. До момента, разумеется, пока те, кто называет себя “власть имущими” и те, кого они называют преступниками - хоть чем - то выгодны друг другу.
Слухи о том, что Рентус имеет знакомых в среде высших чинов Фоксбриджа - ходили уже давно, пусть сам главарь всего Восточного района этого никогда напрямую не признавал. Но в порученном мне деле сложились несколько факторов, которые, хотя бы косвенно, указывали именно на причастность к краже, как минимум, одного сенатора.
Эрстулл - не просто богач. Он Первый Судья Фоксбриджа, член Сената, фактически - уши и глаза Анесимуса Тита, которому, конечно, не терпится стать королём Онтеры, и то, какой свободой пользуются города во внутренней политике - ему, конечно, как серпом. С другой стороны, со времен восстания прошло всего сорок лет, многие из соседей мечтают прирасти территорией Патрициата - так что на прямую войну семейство Титов не решается. Это ж сейчас Фоксбридж враждует (негласно, конечно) с Гравайном, а Локор с Гравайном и Ивсбургом - а вдруг договорятся, да и скинут тебя, с, пусть и такого, но престола? Нет уж. Пусть собачатся, да денежки исправно платят в нашу, титову семейную кубышку. Лучше так, чем изберут Патрицием, не доведи боги, какого нибудь тупоумного Кастора Перна, который, помнится, друг короля фруолльского Генриха…
Хм, простите, отвлекся. Так вот. Судья - это инструмент интриги против Сената. А банды - оружие сенаторов. Вот и получается, что без согласия их - сама кража каких - то документов… бессмысленна. Если только Рентус не играет в какую - нибудь свою игру. Но он сказал: “документы попадут к заказчику”. Учитывая, что папка защищена магически - они очень важны. Нет, безусловно, Одноглазый нашёл бы мага, который “распутал” “замок”... с его - то возможностями. Только вот скрыть следы такого взлома - довольно сложно. И под силу - в основном - только тем же аристократам. Как и - заплатить столько, сколько заплатили. За вот такую, единичную “заказуху”.
Правда, тут крылась причина, которая и заставила меня задуматься. Документы третьей степени в магических папках хранить не станут. Магия редка. На защиту бумаг внутри её хватило, на внешнюю охрану - уже нет, иначе мне бы эту кражу не поручили. Почему в этом случае я так легко обошёл охрану, проник в кабинет, спокойно забрал то, что заказали - и так же спокойно вышел? Относительно спокойно, естественно.
В то, что у Лития такая хреновая домашняя стража - даже мне, с моим юношеским самомнением и эгоизмом - верилось слабо.
Любопытство подсказывало, что тут есть деталь, без которой цельную картинку не собрать, тайна, которую за здорово живешь - мне никто не раскроет. А узнать её - хотелось.
Единственный, кто может мне в этом помочь - Марк, мой лучший друг. Но пожалуй, я расскажу ему всё завтра - а сегодня - меня ждут “Смелые” и русоволосая прелестница Хелен!..
Марка, к удивлению, в таверне не оказалось, но девичья попка затмила в тот вечер, такой недавний, и такой, кажется, уже далёкий, все мои помыслы...
…От воспоминаний меня отвлек какой - то шум в переулке. Кажется, кто - то кричал. Я замедлил шаг, вслушиваясь. Вообще - то, это район города тоже контролировался нашими ребятами - кроме лучшей в городе таверны, недалеко был речной причал, и несколько борделей. Другие банды сюда не совались, но хватало новичков и одиночек, что промышляли на свой страх и риск. Возможно, ребята поймали одного из таких.
Я уже хотел было продолжить путь, до дома оставалось всего два квартала, и тут из темноты вновь, уже более отчетливо раздалось:
– Помогите! Эй…
Тут я, к своему удивлению, узнал голос.
“Да это же Готтон!” - мелькнуло в моей голове.
– Что за чертовщина? - добавил вслух, уже доставая шпагу, и бросаясь на голос.
Хоббит Гунтрам Готтон был одним из купцов, с которыми наше сообщество, и лично Рентус, вели дела. Я сам не раз видел этого седоусого коротышку в его обществе, и хорошо запомнил его голос. Да вот, не далее, как утром, когда я прибыл по зову босса, полурослик выходил от него в сопровождении своих людей. Правда, в этот раз я вроде не увидел фургончик, в который они обычно складывали купленные у нас товары.
Но в любом случае, этого купца в банде знали, а значит - на него не стали бы нападать. И решиться на это могли только чужаки.
К сожалению, я не успел. Точнее, успел вступить в схватку, отогнав одного из нападавших от маленькой фигуры, скорчившейся у стены. Он отразил мой выпад и попятился, зашипев рассерженно, как кот. Сзади толпились ещё трое или четверо, точнее было не разобрать.
“Кажется, влип” - подумал я, делая шаг, и, насколько возможно, закрывая неподвижного хоббита собой.
– Рентусу это не понравится, - сказал я, понимая, что, хотя узкое пространство и стена дают мне шанс, выстоять против всех мне вряд ли суждено. Гунтрам был сейчас не помощник, а оба его телохранителя лежали так же неподвижно, как и их хозяин, и судя по всему, были убиты.
Оставалось брать на понт.
– Оставьте его, - добавил я, поведя клинком. Тот из противников, который был ближе, и с которым я уже скрестил оружие, шагнул было вперед (на миг я смутно разглядел его в лунном свете), но тут за его спиной прозвучал голос:
– Ты забрал?
– Да.
– Тогда уходим. За жизнь щенка нам не платили.
Враги отступили. Я не стал бросаться следом. Не в последнюю очередь из - за небольшого арбалета, который держал один из них.
Судя по тому, как они быстро расправились с хоббитом и его охранниками, а сейчас - практически бесшумно скрылись в ночи - это были профи высокого класса, а не просто залетная гоп - компания, решившая стрясти с поздних прохожих несколько монет.
Несколько долгих секунд я вслушивался в тишину, и только теперь заметил, что меня трясет. Что не говори, а я первый раз в жизни столкнулся с противником, который внушил мне настоящий страх. Шпагой я владел сносно, но осознал, что кто – то из четверки убил трех человек практически мгновенно, ведь я слышал только крик, а потом голос хоббита, плюс пересекал улицу. И - звона клинков не было.
– Вот же… - выругался я. Благодушное настроение как ветром сдуло.
– Юний… - этот тихий шепот, признаюсь, заставил меня слегка подпрыгнуть на месте. Крутанувшись, я понял, что это говорил купец. И верно. Глаза хоббита, полулежащего за счет опоры на стену, смотрели на меня. Поэтому я присел на корточки, задав, наверное, самый глупый вопрос, который мог:
– Вы живы?
– Они забрали… шкатулку… - Гунтрам говорил с трудом, дыхание его было с хрипами и очень тяжело. На камзоле слева расплывалось темное пятно. Удар практически в сердце. Чудо, что хоббит не умер сразу.
– Скажи… - вздрогнув, купец замолчал, глаза его подернулись дымкой. Я думал, что он ушел в Серые Миры, и начал вставать, когда расслышал последнее слово. “Рентус”.
Итак, если до этого момента я мог просто уйти (трупы, конечно, обнаружили бы уже утром, но никто, кроме хоббита и грабителей, меня не видел), то теперь я понял, что это ограбление как – то связано с нашим “папой”. Не знаю, насколько он и Готтон - были друзьями, но Одноглазого и так, и сяк заинтересует, кто прирезал торгового партнера по сбыту. И, если он узнает, что я скрыл что - то, что могло ему в этом помочь, и тем более, прямо его касалось - главарь такого не простит. Невынужденный промах он прощал часто. А моё молчание - вполне мог расценить, как предательство.
Сплюнув с досады, я направился к Дению по прозвищу Крыса - понимая, что спать этой ночью мне почти не придется.
Правда к Крысе мне тоже попасть не удалось. Нежданная вспышка ослепила меня, и последнее, что я слышал там, был гул.
Так началась эта история..."
8. Религия персонажа и его отношение к посмертию
В родном мире практикуется в основном многобожие, но сам Юний не религиозен особенно, хотя, как все даррийцы - верит в посмертие и перерождение, хотя считает, что каждое перерождение - новая жизнь, поэтому на неё не влияют грехи старой. Молится богам исключительно редко. С религиями Энтерума незнаком.
9. Близкие и родственники персонажа
Авл Тертинакс - отец, остался в родном мире.
Аврелия Тертулла - мать, осталась в родном мире.
Марк Таций Гальва - друг детства, сирота, приведший Юния в банду.
Одноглазый Рентус - глава воров Фоксбриджа, патрон и покровитель Юния.
Гунтрам Готтон - хоббитский купец, убит перед самым попаданием героя на Энтерум.
Эстий Дений "Крыса" - десятник и непосредственный начальник Юния.
10. Отношение к государствам мира, его расам или персонажам
Хоббиты - с некоторым уважением, один раз видел эльфа и гнома. С остальными расами не был знаком и не встречался, так что - относится нейтрально.
Люди - по разному, в зависимости от обстоятельств.
11. Положительные качества персонажа
Верен слову, умён, внимателен к мелочам, хорошая память, хороший друг, умеет взять себя в руки после проявления недостатков. Артистичен.
12. Недостатки персонажа
Часто по юношески эгоистичен, порой замыкается в себе, бывает эмоционально нестабилен, излишне резок в суждениях, часто матерится. Артистичен, порой сверх меры.
13. Навыки и умения
Умеет читать и писать(что в его мире далеко не повсеместно), правда почерк его далек от хорошего, хотя, при стараниях, и разборчив. Умеет фехтовать шпагой, с ножом и кинжалом обращается похуже, но сносно для вора. Ловкий карманник, умеет вскрывать замки. Ловок телесно, в целом - хорошо физически развит. Прошу учесть эти навыки, остальное на усмотрение Администратора.
14. Способы связи
15. Как вы нас нашли?
Подсказали другие игроки с этого форума.
16. Твинки и другие персонажи
Не имею.
Авл Юний Тертиус. Для друзей Юний. В воровских кругах родного города был известен под кличкой "Яэммэ" - "уж".
2. Раса персонажа
Человек
3. Класс персонажа
Плут
4. Возраст персонажа
Неполных двадцать лет, двадцатилетие наступит в конце ноября 1го года на Энтеруме.
5. Родина персонажа
Кринуора, Патрициат Семи Городов Онтера, город Фоксбридж.
Кринуора, строго говоря, чем то похожа на Землю, например - размеры, соотношение воды и земли, количество материков и даже культура. Хотя конечно, в культуре есть отличия. Так Принципат сочетает в себе культуру, которую земляне нашли бы странным смешением англо-греко-римской(имена похожи на римские, правление в городах принципата напоминает полисное, а названия городов являют собой смешение англо-латиницы с фэнтези). Язык Принципата схож с искажённой латынью раннего Средневековья нашей планеты.
Век развития мира соответствует концу 17 - началу 18 веков, с тем отличием, что магия, пусть и существует, но доступна единицам, самые сильные артефакты в истории - создавались, к примеру, четыре эпохи назад(эпохой на Кринуоре называют тысячелетие).
Население планеты не превышает двух сотен миллионов, поэтому на планете ещё остались дикие места в достаточном количестве.
Люди - доминантная раса, из наиболее многочисленных других - хоббиты, орки, эльфы и их метисы. Встречаются и многие другие, но они редки, а некоторые и вовсе вымирают, как кентавры и дракониды.
Патрициат Семи Городов Онтера - северная часть некогда единой Уд-Дарийской Империи, распавшейся в результате восстаний и гражданских войн - за двадцать девять лет до рождения Юния.
6. Внешность персонажа
Короткостриженный брюнет с яркими зелеными глазами. Рост его для 19 лет высок по меркам его мира, где средний рост взрослого мужчины после 25 лет - около 170 - рост Авла- 178 сантиметров, вес - 80 кг, при этом Юний выглядит гибким и стройным, парень действительно ловок. При этом обладает широкими плечами - что является следствием фехтовальных тренировок со шпагой - и торсом. Черты лица обычные, не выделяются ничем, но и уродливыми их не назовешь. Голос - бас-баритон. Голос, переходный, между баритоном и басом, самый низкий из имеющих баритональный тембр. Поет, правда, посредственно, но его слух хорош.
Двигается плавно, словно перетекая, отчего и получил прозвище. Предпочитает носить одежду, не сковывающую движений - рубашки с открытым воротом и бриджи, но по воле ремесла переодевался и нищим и аристократом, так что умеет носить все, или, по крайней мере - быстро научится при необходимости. Часто носит длинные перчатки - из за того же фехтования и привычки прятать в них отмычку, записки и тому подобные вещицы. Имеет шрам от ножа на сгибе у локтя, с внутренней стороны правой руки.
7. Биография персонажа
Молодой мужчина, сидящий у стола в середине комнаты, залитой ярким утренним светом, пусть и недавно восшедшего, но уже по - летнему жаркого солнца (прошедший ночью ливень был кратковременным, первым в этом месяце, и не принес еще с собой дыхания осени), обернулся, любовным взглядом найдя “верную подругу и продолжение руки”, вдетую в простые кожаные, крашенные черно - красным ножны.
Из уст брюнета вырвался едва заметный вздох, но через секунду - его удивительные глаза темно - зеленого цвета, необычайной яркости, сверкнули каким - то удовлетворением и юношеским задором, лукавым, и словно бы беззаботным.
Вздох сменила улыбка, прежде чем Авл Юний, перехватив перо, вновь заскрипел им, покрывая чернилами начатый лист.
"Конечно, только старикам свойственно брюзжать, ворча о том, что раньше все было лучше, трава зеленее, солнце теплее, а бабы – сговорчивее. А вздыхать по ушедшему - довольно глупо для меня, хотя я и оказался в другом мире, судя по всему - когда собственно и начались по - настоящему мои приключения, а именно, с убийства Гунтрама Готтона, 6 июля 960го года Седьмой Эпохи Светлых Лет.
Может быть, сейчас я прошёл бы мимо того темного переулка… Сейчас… Но - поздно...
Итак... Меня зовут Юний. Авл Юний Тертиус. Я сын сапожника из Фоксбриджа. Бывший городской вор… хм, хотя, пожалуй, вор не может быть бывшим, да и ничто не мешает мне продолжить своё ремесло здесь - в месте, о котором я толком ничего не знаю. Там, другое дело - я молод, любопытен, и будучи любимчиком Одноглазого Рентуса, был уверен, что встреча с собратьями по ремеслу - ничем особенным мне не грозит. Основания на то у меня были самые веские - любая собака знала, что Рентус, а не Сенат Старейших (и уж не Великий Патриций) - истинный правитель города, который пестовал меня с восьми лет, а в последние четыре из них - начал доверять крупные дела, которые я с блеском и проворачивал. Так что в фаворе ходил не зря - я был лучшим из молодёжи (а как сам считал - лучшим из всех) вором и взломщиком его банды. А сама банда – сильнейшая не только в Фоксбридже, но и во всей Онтерской Долине…
Юний остановился, подумал несколько минут.
Марк, дружище! Как же не хватает тебя сейчас! Мы с детства были вместе, вместе лазали по улицам и чердакам, подворовывали. Хотя мне, по сути, это было даже не нужно - наша семья хоть и жила бедно, но я не голодал, в отличии от тебя, сироты, который был рожден неясно и кем, и тут же брошен у "приимного дома", который был скорее тюрьмой - и не ютился в случайных руинах старых домов, сбегая оттуда. Зато ты показал мне город и жизнь, полную приключений.
Отец, конечно, колотил меня за отлучки, он надеялся передать мне собственное ремесло и лет через двадцать-тридцать уйти на заслуженный отдых, а меня это не вдохновляло, как любого своевольника, у которого, к тому же, в заступниках мать, горячо любящая своего единственного сына.
Однажды дернули нас Дивы залезть в богатый сад, который, казалось, даже не охранялся и привлек нас плодами великолепных сетанийских персиков... и золотой статуэткой на садовом столике.
Не знаю, может быть, ты её упереть и хотел, ведь такая позволила бы жить безбедно минимум год... А может, уже тогда работал в банде - и всё подстроил по приказу "Папы" - ведь так и не признался потом, сучок!
Мне говорили, что мы с тобой напоминали Одноглазому сыновей, умерших от мора сразу после войны, поэтому он и взял тебя в банду, а потом и меня. Но сам ты молчал, как партизан. А Папа - тем более.
Да теперь уже и неважно... Может быть, мы больше никогда не увидимся!
Конечно, нас "взяли". Что могли тогда два сопляка против трёх дюжих мужиков с оружием - смешно. Кутята перед волкодавами!
Бить, удивительно, не стали, просто сказали - чей это особняк. Кто такой Рентус - я уже знал. Как и весь город. Вор. Главный вор города. Власть и сила. Настоящая.
Помню, тогда чуть не наделал в штаны. Но нам предложили работу... и учебу. Работу понятно, мелкую, бегунковую, а вот учёбу - настоящую. Чтению, письму, что я ненавидел! - и оружию - что было мечтой!
С тех пор каждый день нас разыскивал хмурый подручный Рентуса, Ситарий, "Сита", и вел то в оружейку, то в дом, переоборудованный под классы, где мы учились со стайкой таких же детей от семи до десяти лет. Отцу что-то он сказал, тот побледнел и никогда больше не удерживал меня дома.
Теперь я понимаю, что Сита был воин - он нас учил драться, много где бывавший ветеран - он же учил всех читать и писать, и он же был казначеем банды, куратором детишек, которым вменялось поглядывать, подслушивать, записывать и приносить в клювике "вести". Так шли годы. Ты до сих пор читаешь быстрее меня, а вот на шпагах я тебя в крайний раз - побил!"
Вор нахмурился, по лицу скользнула тень горечи - воспоминания о друге были Юнию тяжелы, поэтому он перешел к дню, когда оказался в новом мире.
В тот день я возвращался из “Двенадцати смелых” довольно поздно, был слегка в подпитии и вполне доволен жизнью. В кармане звенело золото, в голове бродило не самое дурное вино, да и молоденькая служанка - подавальщица из таверны - сегодня даже не особенно отбивалась от моих попыток шлёпнуть её по мягкому месту, что начинало вселять определенные надежды.
Возможно, на нее так подействовал вид золотого, с небрежностью богача брошенный мною на столешницу (и сейчас я понимаю, что скорее всего, так и было), а не моё обаяние - но разве на такие нюансы обращаешь внимание, когда тебе девятнадцать, ты, кажется, впервые влюблен, желание обладать объектом этой любви туманит мозг куда как крепче алкоголя - и ты, абсолютно как любой самец - стараешься произвести впечатление?
Тем более, в тот вечер я и был богачом. С последнего дела, на котором я украл кое - какие бумаги из загородной виллы Лития Эрстулла - мне перепал солидный куш - целых шесть золотых с профилем Галериуса III, последнего императора единой Уд-Даррийской державы…
– За что так много? - спросил я, когда Одноглазый вручил мне холщовый мешочек, тут же раскрытый, дабы проверить сумму гонорара. - Ведь эта папка, хоть и лежала в его кабинете, но даже не особо охранялась!
Грузный мужчина, сидящий за конторкой, которая отчасти скрывалась за его животом, позволил себе снисходительно улыбнуться.
– Заметь, малыш, я тебе говорил, что мы выбрали самый идеальный момент для кражи. Люди тобой довольны, и я - тоже. Поэтому считай это платой с… бонусами, если угодно. Остальное - уже неважно - ты сработал идеально, бумаги попадут к заказчикам. Могу сказать тебе одно - риск был больше, чем ты думаешь, но, по счастью, не только для нас.
А сейчас - иди. Я пришлю за тобой Ситу, если понадобишься.
Фактически это был приказ не совать нос не в своё дело, а с приказами Рентуса в банде спорить было не принято, да и попросту опасно. Несмотря на кажущуюся личину доброго толстячка (наш пахан даже голос на подчиненных повышал только в самых исключительных случаях) - Одноглазый держал банду, да и полгорода - в железном кулаке.
Но - приказ - приказом, а вот думать и делать собственные выводы он запретить, само собой, не мог. А я, надо сказать, был парнишка не глупый. И это не бахвальство. Не живут долго ни глупые воры в частности, ни глупые нарушители закона вообще. Не мы такие - жизнь такая.
“Люди - это кто - то из Сената, тут и к бабке не ходи”, - думал я, выходя из дома, что служил одним из пристанищ наших ребят.
Восемь лет вращаясь в кругу криминального мира - я уже начинал понимать, что банды существуют только в связке с властями - и наоборот. До момента, разумеется, пока те, кто называет себя “власть имущими” и те, кого они называют преступниками - хоть чем - то выгодны друг другу.
Слухи о том, что Рентус имеет знакомых в среде высших чинов Фоксбриджа - ходили уже давно, пусть сам главарь всего Восточного района этого никогда напрямую не признавал. Но в порученном мне деле сложились несколько факторов, которые, хотя бы косвенно, указывали именно на причастность к краже, как минимум, одного сенатора.
Эрстулл - не просто богач. Он Первый Судья Фоксбриджа, член Сената, фактически - уши и глаза Анесимуса Тита, которому, конечно, не терпится стать королём Онтеры, и то, какой свободой пользуются города во внутренней политике - ему, конечно, как серпом. С другой стороны, со времен восстания прошло всего сорок лет, многие из соседей мечтают прирасти территорией Патрициата - так что на прямую войну семейство Титов не решается. Это ж сейчас Фоксбридж враждует (негласно, конечно) с Гравайном, а Локор с Гравайном и Ивсбургом - а вдруг договорятся, да и скинут тебя, с, пусть и такого, но престола? Нет уж. Пусть собачатся, да денежки исправно платят в нашу, титову семейную кубышку. Лучше так, чем изберут Патрицием, не доведи боги, какого нибудь тупоумного Кастора Перна, который, помнится, друг короля фруолльского Генриха…
Хм, простите, отвлекся. Так вот. Судья - это инструмент интриги против Сената. А банды - оружие сенаторов. Вот и получается, что без согласия их - сама кража каких - то документов… бессмысленна. Если только Рентус не играет в какую - нибудь свою игру. Но он сказал: “документы попадут к заказчику”. Учитывая, что папка защищена магически - они очень важны. Нет, безусловно, Одноглазый нашёл бы мага, который “распутал” “замок”... с его - то возможностями. Только вот скрыть следы такого взлома - довольно сложно. И под силу - в основном - только тем же аристократам. Как и - заплатить столько, сколько заплатили. За вот такую, единичную “заказуху”.
Правда, тут крылась причина, которая и заставила меня задуматься. Документы третьей степени в магических папках хранить не станут. Магия редка. На защиту бумаг внутри её хватило, на внешнюю охрану - уже нет, иначе мне бы эту кражу не поручили. Почему в этом случае я так легко обошёл охрану, проник в кабинет, спокойно забрал то, что заказали - и так же спокойно вышел? Относительно спокойно, естественно.
В то, что у Лития такая хреновая домашняя стража - даже мне, с моим юношеским самомнением и эгоизмом - верилось слабо.
Любопытство подсказывало, что тут есть деталь, без которой цельную картинку не собрать, тайна, которую за здорово живешь - мне никто не раскроет. А узнать её - хотелось.
Единственный, кто может мне в этом помочь - Марк, мой лучший друг. Но пожалуй, я расскажу ему всё завтра - а сегодня - меня ждут “Смелые” и русоволосая прелестница Хелен!..
Марка, к удивлению, в таверне не оказалось, но девичья попка затмила в тот вечер, такой недавний, и такой, кажется, уже далёкий, все мои помыслы...
…От воспоминаний меня отвлек какой - то шум в переулке. Кажется, кто - то кричал. Я замедлил шаг, вслушиваясь. Вообще - то, это район города тоже контролировался нашими ребятами - кроме лучшей в городе таверны, недалеко был речной причал, и несколько борделей. Другие банды сюда не совались, но хватало новичков и одиночек, что промышляли на свой страх и риск. Возможно, ребята поймали одного из таких.
Я уже хотел было продолжить путь, до дома оставалось всего два квартала, и тут из темноты вновь, уже более отчетливо раздалось:
– Помогите! Эй…
Тут я, к своему удивлению, узнал голос.
“Да это же Готтон!” - мелькнуло в моей голове.
– Что за чертовщина? - добавил вслух, уже доставая шпагу, и бросаясь на голос.
Хоббит Гунтрам Готтон был одним из купцов, с которыми наше сообщество, и лично Рентус, вели дела. Я сам не раз видел этого седоусого коротышку в его обществе, и хорошо запомнил его голос. Да вот, не далее, как утром, когда я прибыл по зову босса, полурослик выходил от него в сопровождении своих людей. Правда, в этот раз я вроде не увидел фургончик, в который они обычно складывали купленные у нас товары.
Но в любом случае, этого купца в банде знали, а значит - на него не стали бы нападать. И решиться на это могли только чужаки.
К сожалению, я не успел. Точнее, успел вступить в схватку, отогнав одного из нападавших от маленькой фигуры, скорчившейся у стены. Он отразил мой выпад и попятился, зашипев рассерженно, как кот. Сзади толпились ещё трое или четверо, точнее было не разобрать.
“Кажется, влип” - подумал я, делая шаг, и, насколько возможно, закрывая неподвижного хоббита собой.
– Рентусу это не понравится, - сказал я, понимая, что, хотя узкое пространство и стена дают мне шанс, выстоять против всех мне вряд ли суждено. Гунтрам был сейчас не помощник, а оба его телохранителя лежали так же неподвижно, как и их хозяин, и судя по всему, были убиты.
Оставалось брать на понт.
– Оставьте его, - добавил я, поведя клинком. Тот из противников, который был ближе, и с которым я уже скрестил оружие, шагнул было вперед (на миг я смутно разглядел его в лунном свете), но тут за его спиной прозвучал голос:
– Ты забрал?
– Да.
– Тогда уходим. За жизнь щенка нам не платили.
Враги отступили. Я не стал бросаться следом. Не в последнюю очередь из - за небольшого арбалета, который держал один из них.
Судя по тому, как они быстро расправились с хоббитом и его охранниками, а сейчас - практически бесшумно скрылись в ночи - это были профи высокого класса, а не просто залетная гоп - компания, решившая стрясти с поздних прохожих несколько монет.
Несколько долгих секунд я вслушивался в тишину, и только теперь заметил, что меня трясет. Что не говори, а я первый раз в жизни столкнулся с противником, который внушил мне настоящий страх. Шпагой я владел сносно, но осознал, что кто – то из четверки убил трех человек практически мгновенно, ведь я слышал только крик, а потом голос хоббита, плюс пересекал улицу. И - звона клинков не было.
– Вот же… - выругался я. Благодушное настроение как ветром сдуло.
– Юний… - этот тихий шепот, признаюсь, заставил меня слегка подпрыгнуть на месте. Крутанувшись, я понял, что это говорил купец. И верно. Глаза хоббита, полулежащего за счет опоры на стену, смотрели на меня. Поэтому я присел на корточки, задав, наверное, самый глупый вопрос, который мог:
– Вы живы?
– Они забрали… шкатулку… - Гунтрам говорил с трудом, дыхание его было с хрипами и очень тяжело. На камзоле слева расплывалось темное пятно. Удар практически в сердце. Чудо, что хоббит не умер сразу.
– Скажи… - вздрогнув, купец замолчал, глаза его подернулись дымкой. Я думал, что он ушел в Серые Миры, и начал вставать, когда расслышал последнее слово. “Рентус”.
Итак, если до этого момента я мог просто уйти (трупы, конечно, обнаружили бы уже утром, но никто, кроме хоббита и грабителей, меня не видел), то теперь я понял, что это ограбление как – то связано с нашим “папой”. Не знаю, насколько он и Готтон - были друзьями, но Одноглазого и так, и сяк заинтересует, кто прирезал торгового партнера по сбыту. И, если он узнает, что я скрыл что - то, что могло ему в этом помочь, и тем более, прямо его касалось - главарь такого не простит. Невынужденный промах он прощал часто. А моё молчание - вполне мог расценить, как предательство.
Сплюнув с досады, я направился к Дению по прозвищу Крыса - понимая, что спать этой ночью мне почти не придется.
Правда к Крысе мне тоже попасть не удалось. Нежданная вспышка ослепила меня, и последнее, что я слышал там, был гул.
Так началась эта история..."
8. Религия персонажа и его отношение к посмертию
В родном мире практикуется в основном многобожие, но сам Юний не религиозен особенно, хотя, как все даррийцы - верит в посмертие и перерождение, хотя считает, что каждое перерождение - новая жизнь, поэтому на неё не влияют грехи старой. Молится богам исключительно редко. С религиями Энтерума незнаком.
9. Близкие и родственники персонажа
Авл Тертинакс - отец, остался в родном мире.
Аврелия Тертулла - мать, осталась в родном мире.
Марк Таций Гальва - друг детства, сирота, приведший Юния в банду.
Одноглазый Рентус - глава воров Фоксбриджа, патрон и покровитель Юния.
Гунтрам Готтон - хоббитский купец, убит перед самым попаданием героя на Энтерум.
Эстий Дений "Крыса" - десятник и непосредственный начальник Юния.
10. Отношение к государствам мира, его расам или персонажам
Хоббиты - с некоторым уважением, один раз видел эльфа и гнома. С остальными расами не был знаком и не встречался, так что - относится нейтрально.
Люди - по разному, в зависимости от обстоятельств.
11. Положительные качества персонажа
Верен слову, умён, внимателен к мелочам, хорошая память, хороший друг, умеет взять себя в руки после проявления недостатков. Артистичен.
12. Недостатки персонажа
Часто по юношески эгоистичен, порой замыкается в себе, бывает эмоционально нестабилен, излишне резок в суждениях, часто матерится. Артистичен, порой сверх меры.
13. Навыки и умения
Умеет читать и писать(что в его мире далеко не повсеместно), правда почерк его далек от хорошего, хотя, при стараниях, и разборчив. Умеет фехтовать шпагой, с ножом и кинжалом обращается похуже, но сносно для вора. Ловкий карманник, умеет вскрывать замки. Ловок телесно, в целом - хорошо физически развит. Прошу учесть эти навыки, остальное на усмотрение Администратора.
14. Способы связи
Скрытое содержимое могут видеть только пользователь группы: administrative, Moderating
15. Как вы нас нашли?
Подсказали другие игроки с этого форума.
16. Твинки и другие персонажи
Не имею.
Последнее редактирование:
