Элиас Леман
К чаю?
К чаю?
- Сообщения
- 30
- Кристаллы
- 61,701
- Золото
- 206
Имя персонажа
Элиас Леман
Раса персонажа
Человек
Класс персонажа
Жрец
Возраст персонажа
Двадцать восемь полных лет
Родина персонажа
Элиас Леман
Раса персонажа
Человек
Класс персонажа
Жрец
Возраст персонажа
Двадцать восемь полных лет
Родина персонажа
Деревушка, расположенная неподалеку от Йошихары. Славится трудолюбивым населением, высоким уровнем урожайности, а также довольно шумными празднованиями. Ведь всем в этой деревне известно: чем слаще и богаче застолье, тем больше сил и желания работать во благо себя, своей семьи и всего поселения.
Внешность персонажа
Лицо гармоничное, можно даже сказать, красивое. Проблема таится в другом: на этом лице зачастую отсутствует какое бы то ни было выражение. По упрямо поджатым губам, пока того не требует ситуация, не пробежит ни тени улыбки. Холодный пытливый взгляд напоминает скорее прищур какого-нибудь военного инспектора, который заявился куда-либо с проверкой. Именно из-за этого с самого детства Элиас не производит на других жителей деревушки ни малейшего впечатления. Ведь, что ни говори, а в окружающих лицах нас куда сильней привлекают естественность и живые эмоции, чем принципиально застывшее в вечности отношение к добру и злу.
Зачастую в повседневной жизни он одет в черный плащ, украшенный серым мехом в районе воротника и спины. В его наряде также присутствуют светлые брюки, серая слегка свободная рубашка и массивные сапоги, достигающие колен. Красный галстук украшает его шею, а руки закрыты перчатками и черными повязками.
История (биография) персонажа
Сложно сказать, к чему Элиас в должной мере питает симпатию. Он помнит себя всегда спокойным и сдержанным человеком, который, несмотря на это, всегда сполна отдавался любому делу. Учился стабильно хорошо. Не отличник, но и не заядлый тугодум, твердая середина, в которой ему было комфортнее всего находиться. В обществе он выбирал аналогичную позицию. Такова была манера его выживания.
— Таким, как ты, нужно время, — одно и тоже спокойно проговаривал ему учитель, — главное, никуда не торопиться и продолжать жить так, как ты живешь. Все, чего ты достигнешь — сохраняй в своем сознании, периодически вспоминай об этом и двигайся дальше. Когда-нибудь это может снова пригодиться на жизненном пути.
— Хорошо. — Всегда отвечал Элиас.
Учителя звали Вильям. Довольно часто дети любили обращаться к нему кратко: Дядя Ви. Довольно болтливый, с маленьким носом. Длинные руки, пальцы в пятнах от табака. Классический интеллект-бунтарь, каким его всегда описывали другие учителя. Почти никогда не смеется, но если на его лице появляется улыбка, то она, как выражаются, от уха до уха, хотя радостной назвать ее крайне трудно. В волосах его, похожих на дряблые ниточки, спереди уже виднелась седина. Когда бы Элиас не пересекался с ним вне занятий, ему казалось, что перед ним предстает совершенно иной человек. Не его учитель. Испытывал ли мальчишка симпатию и привязанность к тому, кто наставлял его духовно многие годы?
— На этот раз прочти вот эти записи. Их написал один из последователей Ирори, Учителя Учителей.
Зачем в столь юном возрасте читать чьи-то старые письмена, Леман тогда не понимал. Читал, перечитывал, узнавал об Ирори, достигшего истинного просветления, ставшего Богом истории, знаний и самосовершенствования. Он поощряет дисциплину и учит, что тот, кто может овладеть собой, находит величайшие блага, которые может дать мир.
— Но зачем вы мне это даете?
— Всему свое время, Элиас. Просто продолжай совершенствоваться.
Элиас родился в скромной семье. Единственный ребенок, любимый и желанный. В скромном доме ничего лишнего не водилось, но особой нужды в чем-то стороннем никогда не появлялось. Мать, Николь, была швеей. Довольно часто забирала на дом вещи деревенских и исправляла все проблемы, начиная от дырок и заканчивая размерами, в свое свободное от домашних дел время. Отец же, Масамунэ, ранним утром уходил в поля и возвращался в сумерках сильно уставшим и измотанным, но стабильно довольным. За ужином все делились, что они успели сделать за день, узнали ли чего-нибудь нового и какие планы на предстоящие дни выстраиваются в их фантазиях. Элиас никогда не рассказывал родителям, что дополнительно читает и вникает во внеклассную литературу, которую ему дают, считая, что это им знать ни к чему.
Пожалуй, оно и к лучшему.
Через несколько месяцев Масамунэ сильно заболеет и будет привязан к строгому постельному режиму. С этого момента у семьи Леман и начались финансовые проблемы. Основной заработок всегда лежал на главе семейства, а с приходом его недуга зарплаты матери стало совсем не хватать на закрытие потребностей. Элиасу пришлось сильно пересмотреть свой досуг. Начались частые прогулы школы и дополнительных занятий, вместо которых мальчишка остервенело искал любой способ заработка. Ему было неважно, что это: заштопать и развесить шторки, вымыть посуду, убраться в доме, прополоть грядки, перенести тяжелые коробки из одного места в другое, набить кому-то лицо и при этом самому оказаться избитым. Он брался за все, что видел и что предлагали, даже когда неблагодарное дело стоило гроши. Но, как оказалось после, зря. Болезнь отца перетекла совсем в тяжелую форму и сделала его калекой, неспособного более работать в поле. Правая рука отказала навсегда. Пришлось ампутировать. Помимо этого, Масамунэ необходимо было постоянное лечение, а не разовое.
«Выходит, я в любом случае не мог помочь?» — Часто спрашивал сам у себя мальчик. Однажды, этот вопрос вырвался вслух перед учителем Вильямом.
— Твое время наконец-то подходит, дитя. Не опускай своих плеч и рук, что обрели силу. Мозоли тому доказательство. Подними светлую голову, впитавшую знания, недоступные другим, смотри на окружающий мир так же ясно, как смотришь на своих родителей. — В тот день Дядя Ви подарил подростку небольшой блокнотик, в котором был записан переписанный от руки священный текст Ирори «Освобождение от Оков».
Получив образование, юноше пришлось еще больше погрузиться в свой собственный сумасшедший рабочий график. Элиас сам толком не помнил, сколько их получалось по итогу. Помнил, куда надо приходить и в какое время, где он мог принять пищу, а где поспать меж дел. Семья Леман вновь перестала нуждаться в чем-либо, но все категорически изменилось. Более за ужином никто не интересуется друг у друга, как прошел день, что нового получилось узнать и какие есть планы и фантазии на будущее.
Испытывал ли Элиас симпатию к чему-либо? Теперь он и сам может себе уверенно ответить: это были безмятежные дни, когда за уютным семейным столом он мог поделиться с родителями частичкой своей жизни, а они — своей. В этом же году скончался от старости дядюшка Ви. Единственное утешение и островок спокойствия, который остался у юноши, это блокнотик со священным текстом. Он раз за разом вспоминал слова своего учителя и в какой-то момент осознал, что дальше так жить нельзя.
К работе добавились физические тренировки, во время которых Леману младшему удавалось очистить разум и сконцентрироваться только на себе. Он разминал каждую ноющую мышцу тела, разгоняя застоявшуюся в них молочную кислоту, размышлял о Боге Ирори и чувствовал, как его тело дрожит не от перенапряжения, а от чего-то совершенно иного, ранее не встречаемого в огромном спектре эмоций и ощущений.
В деревне, во многом благодаря Вильяму, был построен небольшой храм, в который все чаще стал захаживать юноша. Он не искал там ответы, не задавал лишних вопросов Божеству знаний и истории. Казалось, стоя перед его каменным ликом по множество часов, коих и так в недостатке в сутках, ощутимо становилось легче дышать. Кислород обогащал клетки организма и думалось гораздо лучше. Его оковы наконец-то сняты. Тогда-то и был выбран путь, о котором Элиас не пожалеет за все свою жизнь. Он станет последователем Ирори, верным жрецом, носящим в своей душе и сердце его идеалы и бытие, будет оттачивать свое тело, разум и дух до более совершенного состояния. Ведь нет для этого пределов.
— Таким, как ты, нужно время, — одно и тоже спокойно проговаривал ему учитель, — главное, никуда не торопиться и продолжать жить так, как ты живешь. Все, чего ты достигнешь — сохраняй в своем сознании, периодически вспоминай об этом и двигайся дальше. Когда-нибудь это может снова пригодиться на жизненном пути.
— Хорошо. — Всегда отвечал Элиас.
Учителя звали Вильям. Довольно часто дети любили обращаться к нему кратко: Дядя Ви. Довольно болтливый, с маленьким носом. Длинные руки, пальцы в пятнах от табака. Классический интеллект-бунтарь, каким его всегда описывали другие учителя. Почти никогда не смеется, но если на его лице появляется улыбка, то она, как выражаются, от уха до уха, хотя радостной назвать ее крайне трудно. В волосах его, похожих на дряблые ниточки, спереди уже виднелась седина. Когда бы Элиас не пересекался с ним вне занятий, ему казалось, что перед ним предстает совершенно иной человек. Не его учитель. Испытывал ли мальчишка симпатию и привязанность к тому, кто наставлял его духовно многие годы?
— На этот раз прочти вот эти записи. Их написал один из последователей Ирори, Учителя Учителей.
Зачем в столь юном возрасте читать чьи-то старые письмена, Леман тогда не понимал. Читал, перечитывал, узнавал об Ирори, достигшего истинного просветления, ставшего Богом истории, знаний и самосовершенствования. Он поощряет дисциплину и учит, что тот, кто может овладеть собой, находит величайшие блага, которые может дать мир.
— Но зачем вы мне это даете?
— Всему свое время, Элиас. Просто продолжай совершенствоваться.
Элиас родился в скромной семье. Единственный ребенок, любимый и желанный. В скромном доме ничего лишнего не водилось, но особой нужды в чем-то стороннем никогда не появлялось. Мать, Николь, была швеей. Довольно часто забирала на дом вещи деревенских и исправляла все проблемы, начиная от дырок и заканчивая размерами, в свое свободное от домашних дел время. Отец же, Масамунэ, ранним утром уходил в поля и возвращался в сумерках сильно уставшим и измотанным, но стабильно довольным. За ужином все делились, что они успели сделать за день, узнали ли чего-нибудь нового и какие планы на предстоящие дни выстраиваются в их фантазиях. Элиас никогда не рассказывал родителям, что дополнительно читает и вникает во внеклассную литературу, которую ему дают, считая, что это им знать ни к чему.
Пожалуй, оно и к лучшему.
Через несколько месяцев Масамунэ сильно заболеет и будет привязан к строгому постельному режиму. С этого момента у семьи Леман и начались финансовые проблемы. Основной заработок всегда лежал на главе семейства, а с приходом его недуга зарплаты матери стало совсем не хватать на закрытие потребностей. Элиасу пришлось сильно пересмотреть свой досуг. Начались частые прогулы школы и дополнительных занятий, вместо которых мальчишка остервенело искал любой способ заработка. Ему было неважно, что это: заштопать и развесить шторки, вымыть посуду, убраться в доме, прополоть грядки, перенести тяжелые коробки из одного места в другое, набить кому-то лицо и при этом самому оказаться избитым. Он брался за все, что видел и что предлагали, даже когда неблагодарное дело стоило гроши. Но, как оказалось после, зря. Болезнь отца перетекла совсем в тяжелую форму и сделала его калекой, неспособного более работать в поле. Правая рука отказала навсегда. Пришлось ампутировать. Помимо этого, Масамунэ необходимо было постоянное лечение, а не разовое.
«Выходит, я в любом случае не мог помочь?» — Часто спрашивал сам у себя мальчик. Однажды, этот вопрос вырвался вслух перед учителем Вильямом.
— Твое время наконец-то подходит, дитя. Не опускай своих плеч и рук, что обрели силу. Мозоли тому доказательство. Подними светлую голову, впитавшую знания, недоступные другим, смотри на окружающий мир так же ясно, как смотришь на своих родителей. — В тот день Дядя Ви подарил подростку небольшой блокнотик, в котором был записан переписанный от руки священный текст Ирори «Освобождение от Оков».
Получив образование, юноше пришлось еще больше погрузиться в свой собственный сумасшедший рабочий график. Элиас сам толком не помнил, сколько их получалось по итогу. Помнил, куда надо приходить и в какое время, где он мог принять пищу, а где поспать меж дел. Семья Леман вновь перестала нуждаться в чем-либо, но все категорически изменилось. Более за ужином никто не интересуется друг у друга, как прошел день, что нового получилось узнать и какие есть планы и фантазии на будущее.
Испытывал ли Элиас симпатию к чему-либо? Теперь он и сам может себе уверенно ответить: это были безмятежные дни, когда за уютным семейным столом он мог поделиться с родителями частичкой своей жизни, а они — своей. В этом же году скончался от старости дядюшка Ви. Единственное утешение и островок спокойствия, который остался у юноши, это блокнотик со священным текстом. Он раз за разом вспоминал слова своего учителя и в какой-то момент осознал, что дальше так жить нельзя.
К работе добавились физические тренировки, во время которых Леману младшему удавалось очистить разум и сконцентрироваться только на себе. Он разминал каждую ноющую мышцу тела, разгоняя застоявшуюся в них молочную кислоту, размышлял о Боге Ирори и чувствовал, как его тело дрожит не от перенапряжения, а от чего-то совершенно иного, ранее не встречаемого в огромном спектре эмоций и ощущений.
В деревне, во многом благодаря Вильяму, был построен небольшой храм, в который все чаще стал захаживать юноша. Он не искал там ответы, не задавал лишних вопросов Божеству знаний и истории. Казалось, стоя перед его каменным ликом по множество часов, коих и так в недостатке в сутках, ощутимо становилось легче дышать. Кислород обогащал клетки организма и думалось гораздо лучше. Его оковы наконец-то сняты. Тогда-то и был выбран путь, о котором Элиас не пожалеет за все свою жизнь. Он станет последователем Ирори, верным жрецом, носящим в своей душе и сердце его идеалы и бытие, будет оттачивать свое тело, разум и дух до более совершенного состояния. Ведь нет для этого пределов.
***
— Элиас, поставь сюда коробку! — Громко высказалась хозяйка чайного домика.
Перед ней появляется уже взрослый мужчина, спокойно переносящий две коробки, полностью забитые дорогим чайным сервизом.
— Ох, сладость моя, все так же таскаешь тяжести? А не доставишь одну из них в окию по этому адресу? — Дама преклонных лет протягивает бумажку с адресом мужчине, стоит тому освободить руки. — Там и хозяйка новая, кажется, Госпожа Сянь Юй. Если увидишь ее, поприветствуй обязательно и вырази почтение от лица нашего домика!
— Хорошо, бабуль. — Леман часто любил называть так своего основного работодателя, добродушно подтрунивая, но ему за это никогда и ничего не было. За такое количество работы, которое выполняет он, ему никто не осмеливается перечить. При этом, Элиас никогда не считал, что может быть выше кого-то по статусу. Он просто продолжает выполнять свою работу, зарабатывать деньги и отправлять большую часть родителям, а сам лишь получил небольшую комнатку при чайном доме Госпожи Сино, и искренне считает, что большего ему и не нужно.
Встреча с Госпожой Сянь Юй вышла неожиданной и мятой. Совершенно не такой, какую вырисовывала фантазия, пока он осторожно шагал с грузом. Мужчина никогда ранее не испытывал проблем в общении с противоположным полом, все давалось как-то само по себе, но от новой Госпожи веяло неимоверной аурой, от которой Элиас на несколько секунд выпал из разговора. Дело в ее внешности? Нет, она определенно красива, утонченна и грациозна. Пожалуй, именно такая, какими и должны выглядеть гейши. Из-за этого стало неловко, слова о почтении и радости от знакомства звучали не то, что неестественно, а сухо, словно помимо чайного сервиза сюда занесли высушенные листья для заварки и на этом решили не останавливаться. Прийти в себя получилось лишь тогда, когда Элиас покинул Дом гейш.
Последующие дни несколько изменились. Если раньше человек, помнящий наизусть свое расписание и дела, выполняющие на автомате, то теперь в его голове завелось рассеянность. Он раз за разом перематывал в своих воспоминаниях встречу с Сянь Юй. И каждый раз хлопал себя ладонью по лбу, да так сильно, что оставался красный след. Видимо, ему было ужасно стыдно так запороть первое знакомство с Госпожой, для которой бабуля отбирает все самое лучшее, что только есть.
***
— Эли, а чего ты не подашься в священники или к авантюристам или еще куда? — У стойки приема распласталась молодая девушка, мыча и привлекая к себе внимание собеседника. — Зачем тебе вообще работать в этой чайной лавке и в других местах? Вот поступил бы на службу и жалованья бы вполне хватало на все потребности. И свободное время появилось бы. Ну, например, на девушку. — Ее голос звучит совсем томно, в глазах блестит что-то недоброе.
— Я же уже много раз пояснял. Если я умру на службе или еще где-то, никто не позаботится о моих родителях. Они уже не в том возрасте, когда могут себя обеспечивать, не говоря уже о том, что не позволяет здоровье...
— А служение при храме? Священнослужителям везде и всегда рады. Мне кажется ты зря тратишь здесь свое время и мо-ло-дость. — Хана, так зовут неугомонную девушку, ловко сползает со стойки и встает на ноги, виляя пушистым хвостиком.
— Тоже не мое.
— А ты вообще пробовал, чтобы так говорить? А, я поняла! Просто боишься перемен. — Фыркнув и завидев очередных клиентов, идущих к Элиасу, девушка отойдет в сторону выхода и помашет рукой на прощание. — Трусишка!
Человек с печалью во взгляде проводит силуэт подруги до первого поворота, за которым она исчезнет. Действительно ли он боится перемен и рисков? Испытывает ли вообще симпатию к жизни, к которой пришел? Имеет ли это хоть какой-то смысл, когда то, что он делает, приносит ему стабильный доход? Пожалуй, эта личность, погрязшая в вечных расчетах по жизни, могла бы и дальше раздумывать обо всем насущном на протяжении полного рабочего дня, пока в какой-то момент бабуля Сино не принесла известия, вызвавшие, как минимум, сильное удивление. Сопровождение самой Госпожи Сянь Юнь? В первые секунды Элиас думал, будто где-то успел согрешить, а бабуля, в этот же миг, решила не упускать шанс и начала подтрунивать над своими работничком, шутя, что молодой человечек сильно приглянулся нагаджи.
В городе Йошихара выдалась отличная погода. В тот день было солнечно, тепло и в каком-то роде даже уютно. Леман младший как сейчас помнит длинные улочки, вдоль которых они прогуливались вместе с Госпожой. Много растительности вокруг, бегали и резвились детишки, наслаждаясь беззаботностью малых лет. Именно в тот день с человеком и нагаджи произошло нечто удивительное.
Элиас редко находил информацию про телепортацию. Едва ли мог воспринимать трезво и представлять, как в один миг целый город переместился куда-то в иное пространство, а их даже не всхлопнуло. Все для них осталось позади. Семья, друзья, работа. В тот день была настоящая и огромная паника. Пришлось некоторое время укрываться с Госпожой Сянь, выжидать, когда волнение зверолюдей и других жителей Йошихары спадет. За этим вслед пришлось переживать голод. Элиасу было не в первой, но он делал все возможное, чтобы Юй оставалась сытой и питалась больше него. Остальное значения уже не имело. С каждым днем человек понимал, что произошедшее не изменишь, а прошлое не воротишь.
Приходилось учиться жить заново.
На протяжении двух лет попаданцы строили свою жизнь с нуля. Пытались познавать актуальное ремесло, вникать в нынешнее общество, но все больше и больше в этом новом мире стали замечать, насколько актуальна и выгодна некая «работенка» под названием авантюризм. Всего лишь группа лиц, которая занимается острыми вопросами либо с монстрами, либо с более разумными формами жизни. Однажды, Элиас и Сянь Юй сели за один стол и очень долго разговаривали на эту тему, попивая свежезаваренный лиственный чай, до глубокой ночи. Проснувшись ранним утром, они пришли к общему решению измениться подобно этому миру. Единственное, что осталось с Леманом до сих пор, это его вера в Бога Ирори.
Элиас редко находил информацию про телепортацию. Едва ли мог воспринимать трезво и представлять, как в один миг целый город переместился куда-то в иное пространство, а их даже не всхлопнуло. Все для них осталось позади. Семья, друзья, работа. В тот день была настоящая и огромная паника. Пришлось некоторое время укрываться с Госпожой Сянь, выжидать, когда волнение зверолюдей и других жителей Йошихары спадет. За этим вслед пришлось переживать голод. Элиасу было не в первой, но он делал все возможное, чтобы Юй оставалась сытой и питалась больше него. Остальное значения уже не имело. С каждым днем человек понимал, что произошедшее не изменишь, а прошлое не воротишь.
Приходилось учиться жить заново.
На протяжении двух лет попаданцы строили свою жизнь с нуля. Пытались познавать актуальное ремесло, вникать в нынешнее общество, но все больше и больше в этом новом мире стали замечать, насколько актуальна и выгодна некая «работенка» под названием авантюризм. Всего лишь группа лиц, которая занимается острыми вопросами либо с монстрами, либо с более разумными формами жизни. Однажды, Элиас и Сянь Юй сели за один стол и очень долго разговаривали на эту тему, попивая свежезаваренный лиственный чай, до глубокой ночи. Проснувшись ранним утром, они пришли к общему решению измениться подобно этому миру. Единственное, что осталось с Леманом до сих пор, это его вера в Бога Ирори.
Религия персонажа и его отношение к посмертию
В ходе взросления принял в свою жизнь Бога знаний, историй и самосовершенствования — Ирори.
Отношение к посмертию негативное. Больше всего Элиас не хочет видеть смерть близких его сердцу родных и друзей.
Отношение к посмертию негативное. Больше всего Элиас не хочет видеть смерть близких его сердцу родных и друзей.
Родственники и друзья персонажа
Николь Леман — Заботливая матушка, но умевшая не так много, чтобы быть способной прокормить семью. Спокойная, рассудительная. Слегка пессимистична.
Масамунэ Леман — Отец и глава семейства. Полная противоположность своей жене: громкий, веселый. Несмотря на утраченную руку, все еще остается жизнерадостным и благодарящим Богов, что остался жив.
Учитель Вильям/ Дядя Ви — Учитель и во многом наставник, в каком-то смысле, навязавший не просто веру мальчишке, но и давший сил переосмыслить свои жизненные пути. Дорожил, но был всегда осторожен рядом с ним. Местами побаивался.
Хана — подруга зверолюд. Оторва и затейница, вечно пытающаяся подбить Элиаса на какие-то сомнительные авантюры.
Госпожа Сино — основной работодатель, подаривший не только место под крышей, но и крепкие узы. Воспринимается родной бабулей.
Госпожа Сянь Юй — красивая хозяйка Дома гейш, с которой при встрече не выстроился адекватно диалог, однако, Элиас считает, что при более спокойных обстоятельствах они бы точно смогли подружиться.
Масамунэ Леман — Отец и глава семейства. Полная противоположность своей жене: громкий, веселый. Несмотря на утраченную руку, все еще остается жизнерадостным и благодарящим Богов, что остался жив.
Учитель Вильям/ Дядя Ви — Учитель и во многом наставник, в каком-то смысле, навязавший не просто веру мальчишке, но и давший сил переосмыслить свои жизненные пути. Дорожил, но был всегда осторожен рядом с ним. Местами побаивался.
Хана — подруга зверолюд. Оторва и затейница, вечно пытающаяся подбить Элиаса на какие-то сомнительные авантюры.
Госпожа Сино — основной работодатель, подаривший не только место под крышей, но и крепкие узы. Воспринимается родной бабулей.
Госпожа Сянь Юй — красивая хозяйка Дома гейш, с которой при встрече не выстроился адекватно диалог, однако, Элиас считает, что при более спокойных обстоятельствах они бы точно смогли подружиться.
Отношение к государствам мира, его расам или персонажам
Положительное отношение к Йошихаре и ко всем, кто в ней проживает. С остальными городами познакомиться Элиасу не удавалось в виду отсутствия времени на такую роскошь. Аналогично и с незнакомыми ему расами, которые он мог встречать только в письменах, да книгах. Но даже так, в первую очередь будет выказывать добропорядочность и радушие, а там уже при деле все станет понятно, как вести себя дальше.
Положительные качества персонажа
- Трудолюбие — костяк и основной стержень жизни молодого человека, без которого его семья бы давно загнулась еще много лет назад;
- Холодный ум — анализ ситуации, какой бы она не была, способность быстро принимать решение в спокойном состоянии;
- Уверенность — за все прожитые годы, мужчина ни разу не усомнился в своих делах, планах и свершенным поступкам;
- Упорство — пожалуй, без этого качества карточный домик давно бы пал. Не все по жизни дается легко или с первого раза. Элиасу это прекрасно известно;
- Толерантность — способен принять взгляды и интересы многих, в рамках разумного, и если эти личности не угрожают его жизни.
Недостатки персонажа
- Жестокость — чтобы достичь поставленной цели, иногда приходится проявлять и такую черту характера. Элиас не гордится ей, но прекрасно понимает, что без жестокости по отношению к некоторым при исполнении дел, все могло бы сложиться совершенно иначе;
- Безразличность — порой, наступает такой период, когда мир вокруг совершенно безразличен. Это наступает только тогда, когда в жизни Элиаса происходит что-то из ряда вон выходящее;
- Наглость — где не помогает вежливость и красивые слова, приходит на их место качество, сродни дерзости и нахальству, в попытках смутить собеседника;
- Скупость — из-за образа жизни, приходилось очень сильно экономить во всем. Это настолько вошло в привычку, что стало неотъемлемой частью самой жизни мужчины. До сих пор слишком бережливо относится к деньгам;
- Эгоизм — кто не стремится к собственной выгоде? Подумаешь, выражается в словах, поступках. Как же ему выжить в этом мире иначе?
Навыки и умения
Прошу выдать
Раса: Человек
Класс: Жрец
Наследие: Разносторонний
Предыстория: Разнорабочий
Способы связи
ЛС форума
Как вы нас нашли?
Давно это было...
Твинки и другие персонажи
Прошу выдать
Раса: Человек
Класс: Жрец
Наследие: Разносторонний
Предыстория: Разнорабочий
Способы связи
ЛС форума
Как вы нас нашли?
Давно это было...
Твинки и другие персонажи
Скрытое содержимое для пользователей: Шаа`Кхас
Колода чар (полная пачка)